вверх

06 августа 2014 года

В темноте

В темноте

Мой переезд в другой город лёгким и весёлым назвать было нельзя. Я оказался совершенно один, за тысячу километров от друзей, родственников, знакомых. Устраивать новые знакомства времени не было, потому что с первых же дней пришлось работать в буквальном смысле сутками.

Отпахав на работе двое суток, на третьи я отсыпался, отъедался и пытался хоть как-то сбросить нервное напряжение. Смотреть фильмы и читать книги в том состоянии, в котором я находился, скажу я вам, не совсем то, что нужно ошалевшему от стресса мозгу. Я смотрел тонны порно и мастурбировал, как оголтелый. Двадцать с небольшим, энергии хоть отбавляй, а все знакомые девчонки остались в другой части страны. Представить невозможно, как мне это осточертело. Дрочить - это всё равно, что пить во сне. Ты глотаешь воду, но просыпаешься и всё равно чувствуешь жажду. Я пытался найти всё более крутое порно, которое могло бы меня возбудить, но мастурбация превращалась для меня в такой же процесс, как чистка зубов. Приятного мало, но надо.

Так прошла пара месяцев. В один из вечеров, возвращаясь домой со смены, я как обычно заглянул в почтовый ящик. Там лежал лист бумаги, свёрнутый конвертом. Поднимаясь по лестнице, я развернул его. Написанное заставило меня замереть посреди лестничного пролёта.

«Я слышу, как ты дрочишь. Но мне это нравится. Сделай сегодня звук погромче».

В тот вечер ни о какой мастурбации речи и быть не могло. Кто прислал мне эту записку? Может быть, это был бородатый престарелый извращенец или свихнувшаяся бабка... Я лёг спать неудовлетворённым и злым.

Весь следующий день я был занят и старался не вспоминать о записке. Только вечером, возвращаясь из магазина с продуктами, я вспомнил про неё, когда увидел в почтовом ящике конверт. На этот раз он был в два раза больше, в нём лежало что-то объёмное. Сдерживая любопытство, я добежал до квартиры и только там, бросив пакеты на стол, вскрыл свёрнутый, но несклеенный конверт.

В бумагу были завёрнуты женские трусики. Самые обычные, белые, такие, какие девушки носят в повседневной жизни, а не когда собираются пойти на блядки. На бумаге было написано: «Почему ты не ласкал себя вчера? Воздержание вредно, разве ты не знаешь? А может тебе нужно что-нибудь, чтобы возбудиться? Шлю тебе свои трусики, я думала о тебе, когда носила их. Пожалуйста, сделай сегодня то, о чём я тебя прошу».

Шишка в моих трусах напрягалась, начиная, кажется, дымиться. Мало того, что я всё ещё не сбросил напряжение, так ещё и такое. Я держал в руках трусы, пытаясь представить ту, что могла надеть их. Размер небольшой, вполне девичий, не застираны, только с внутренней стороны, там, где их владелица слегка протекала в силу своей природы, виднелись едва заметные жёлтые пятна. Как во сне я поднёс их к лицу. Они почти не пахли. Это был запах скорее духов, чем женщины. Держа трусики у лица я приспустил штаны, включил порно, выкрутил звук чуть больше, чем позволял себе обычно. Кончая, я не стеснялся стонать. В этот раз удовольствие было почти таким же полным, как если бы я трахался с женщиной. Кончив, я выключил звук и прислушался, надеясь, что та, что подслушивает меня, выдаст себя звуком. В какой из квартир она живёт? Сверху, снизу, справа или слева? Я не знал никого из своих соседей, так что она могла быть где угодно.

Я было потянулся за салфетками, чтобы вытереть сперму с живота, но вспомнил, что всё ещё сжимаю её трусики. Я был теперь уверен, что это девушка или как минимум молодая женщина. Расправив их, я вытерся мягкой тканью, особое внимание уделив члену.

***

Следующие два дня меня снова не было дома. Со смены я бежал, сгорая от любопытства. И снова меня ждал конверт. На этот раз трусиков в нём не было. Зато была фотография. На ней я увидел хорошо освещённую промежность девушки. Розовая, чисто выбритая, с пухлыми валиками натёртых половых губ. Аккуратной её назвать было нельзя, малые губки выглядывали из-под больших довольно далеко, клитор торчал вызывающе. Пальцы одной руки раздвигали дырочку, позволяя мне увидеть, что пещерка моей поклонницы довольно узенькая и молодая, ярко-розовая внутри и сочащаяся соком. Другой рукой она, очевидно, держала камеру. Ничего другого я разглядеть не мог, фотография давала большое приближение. Рассмотрев в подробностях писечку, которую я уже готов был с удовольствием вылизать, я мог только сделать вывод, что её хозяйка молода, стройна и любит мастурбировать доводя это до фанатизма.

Я заглянул в конверт ещё раз и увидел очередное послание: «Тебе понравились мои трусики? Сегодня я хочу попросить тебя ещё об одной услуге: подрочи, пожалуйста, на фотографию моей киски. Правда, она милая? А после того, как кончишь на неё, запечатай обратно в конверт и верни мне. Ключ от твоего почтового ящика у меня есть»

Я кончил едва успев начать. Думаю, это расстроило бы мою слушательницу, поэтому я включил очередной порно-ролик и подрочил ещё раз, залив снимок основательно. Позволив излишкам стечь, я запечатал фотографию в конверт и положил в коридоре, чтобы не забыть опустить в ящик по дороге в магазин.

***

Встав пораньше, я спустился на первый этаж и положил конверт в ящик. После этого я какое-то время тёрся возле подъезда, поглядывая на ящики и ожидая, что какая-нибудь красавица подойдёт к ним. Простояв так полчаса, я подумал, что проторчать весь день на улице - это идиотская идея для выходного дня. Затем был обычный поход в магазин, в котором я купил стандартный продуктово-хозяйственный набор холостяка. В магазине я пробыл около часа, но этого хватило, чтобы в ящике появился новый, совсем крохотный конверт, всё так же сложенный из белого листа бумаги.

«Ого! Ты точно сделал всё это один? Если ты не выдоил из себя всё на месяц вперёд, давай встретимся сегодня. Кафе в соседнем доме. В семь вечера. Ты ведь не против, осеменитель?»

Наплевав на осторожность и робкие попытки здравого смысла сказать себе, что это может быть разводом, шуткой, розыгрышем, я всё же начал готовиться к свиданию. Любимые футболка, куртка, джинсы, которые я не надевал с тех пор, как уехал из родного города были выстираны и выглажены, волосы уложены, тело, не забывшее ещё занятий в спортзале, вымыто тщательно и выбрито там, где это требовалось. За час до назначенной встречи меня снова начали глодать сомнения. Дошло до того, что я уже решил было никуда не идти, как в дверь постучали. Я посмотрел в глазок. Никого. Звуков шагов или захлопывающейся двери я не слышал. Открыл дверь. На коврике лежал конверт, такой же пухлый, как в тот раз, когда она присылала мне свои трусики. Я огляделся, взял конверт и закрыл дверь.

На этот раз в нём был бюстгальтер. Насколько я мог судить, в него могла бы поместиться аккуратная двоечка. Для третьего размера он был слишком тонким, удержать большую грудь такой вряд ли смог бы, а для первого в нём отсутствовал какой бы то ни было наполнитель. Чашечки были сделаны из тонкого кружевного материала. Моя фантазия тут же подсунула мне картину того, как могли бы просвечивать соски и ареолы той, что носила его. Однозначно, такой тонкий и лёгкий бюстгальтер мог принадлежать только молодой девушке, чья грудь пока ещё задорно торчит, натягивая ткань маечки не своей тяжестью, а упругостью.

«Если ты ещё сомневаешься, стоит ли тебе идти, посмотри, что я тебе прислала. Я подумала, что моя грудь смотрится неплохо и без лифчика, так что на свидании я буду без него, забирай, это подарок. И делай выводы обо мне. Если ты не придёшь, я подумаю, что тебе нравятся жирухи с обвисшими до колен сиськами. Шучу-шучу. Я просто подумаю, что ты гей. До вечера. Чао.»

Непроизвольным движением я поднёс бюстгальтер к лицу. Он пах женским телом, но не потом. Снова этот лёгкий аромат духов. Спохватившись, я обыскал лифчик, пытаясь найти волосы, чтобы узнать, кто будет ждать меня в кафе. Ни единого волоска не было. Я ещё раз вдохнул его запах и принялся одеваться.

***

К кафе я пришёл за полчаса до назначенного времени. Наверное, я не готовился так даже к первому своему свиданию, как прилизал себя к этой встрече. На моих ботинках не было ни пылинки, дыхание было таким свежим, будто я никогда не ел мяса, а причёска была безупречна. Я расхаживал возле входа в кафе, ища глазами свою поклонницу. В кафе заходили девушки, некоторые задерживали на мне взгляд, мне улыбались, строили глазки. Но каждый раз, когда я уже готов был подойти и спросить, не она ли это, появлялся парень или подружки, которые уводили очередную посетительницу в глубину кафе. Наконец, я решил зайти и выпить чашку кофе. Сделав заказ, я задумался. Каким будет наше знакомство? «Привет, ты классно дрочишь». «Спасибо, а твои трусики пахнут просто восхитительно». Вот уж сходка извращенцев. Кто только придёт на такую...

- Извините, вам передали записку, - к столу подошёл официант. В его руке был уже знакомый мне самодельный конверт, самый маленький из тех, что я получал.

- Кто?

- Я не знаю, мне её поручил отдать вам менеджер.

Я расправил его дрожащими от волнения руками, чуть не разорвав. Внутри лежал презерватив с нарисованной на упаковке клубничкой.

«Забыла тебя предупредить: сегодня я хотела бы поужинать клубникой. Иди в туалет, в самую дальнюю кабинку».

Отлепившись от стула, я на ватных ногах проследовал в туалет, допив кофе одним глотком. Туалет кафе встретил меня журчанием воды. Сразу несколько кабинок были заняты. Было довольно темно из-за перегоревших ламп и пахло так, как пахнет в любом общественном туалете, будь он хоть в самом фешенебельном ресторане.

Я прошёл в кабинку. Огляделся. На уровне глаз на двери было написано маркером:

«Буратино, засунь свой земляничный ключик в нарисованный очаг».

Я огляделся вокруг. Аналогия была ясна мне не до конца. Ничего похожего на очаг в кабинке не было, хотя... На уровне пояса к стене было приклеено объявление о продаже обогревателей. Кому они могут понадобиться летом?

Я поцарапал ногтем край объявления. Приклеено намертво, не отодрать. Опустившись на унитаз, я прочитал текст объявления. Ничего странного там написано не было, может быть, мне нужно позвонить по номеру, указанному в нём. Я ткнул пальцем в номер, напечатанный посередине и палец мой прорвал бумагу. Я расширил отверстие. Это была ровная круглая дырка диаметром сантиметров десять. Заглянул в соседнюю кабинку, но там было темно. Кабинки в кафе изолированные, свет в них включается отдельно, а из коридора попадают совсем крохи. Может быть, я идиот, но кажется, именно сюда мне нужно просунуть свой земляничный ключик.

Я достал презерватив, который был в том конверте. Надеть его проблемой не было, член, как у бушмена, находился в полустоячем положении уже часа три. Пара движений ладонью и он встал достаточно, чтобы я мог раскатать гандон. Аккуратно, опасаясь сам не зная чего, я просунул член в дырку. Чувствуя себя полным идиотом, я стоял так с полминуты, вплотную к стене соседней кабинки, в общественном туалете, да ещё и мужском отделении. Ничего не происходило.

Дверь в туалет открылась, я услышал цоканье каблуков. Вслед за этим удивлённый голос: «Девушка, это мужской!» Но каблуки не остановились, а проследовали до той самой кабинки, в которую я просунул свой ствол. Дверь в кабинку открылась, в ней включился свет. Я ожидал крика, истеричного визга и вызова менеджера в туалет «в котором какой-то обдолбанный извращенец демонстрирует всем свои причиндалы», но дверь закрылась, глухо стукнула сумочка, поставленная на бачок унитаза, послышался шелест одежды, и я почувствовал, как мой член, слегка повисший от нервного напряжения, оказался в чьей-то уверенной ладони.

Теперь я ни капли не сомневался, что это была она. Ладонь заскользила вверх и вниз по стволу, лаская член, насколько это было возможно в презервативе. Продолжалось это считанные секунды, за которые пенис достиг своих достойных размеров, кровь хлынула в него, заставив меня побледнеть.

В следующую минуту на моём орудии сомкнулись губы. Это были самые жадные, самые голодные губы, которые только делали мне когда-либо минет. Начав с головки, губы вобрали в себя сразу половину пениса. Подключился язык, сильный и умелый. Он не тратил время на лишние движения и, пока губы всасывали в себя член, язык бегал по головке, вылизывал корону, щекотал уздечку с такой силой, будто и не было никакого презерватива.

Чего мне сейчас не хватало, так это поручня. Я стоял в ужасно неудобной позе. Мне хотелось трахать этот рот, который сейчас высасывал из члена все соки, хотелось засунуть его поглубже, но стоило мне двинуться, как я только подавался назад, царапая стену кабинки.

Удовлетворившись обсасыванием головки, она взяла член в рот полностью, её губы оказались там, где кончалась резинка презерватива. Ещё немного и она могла бы вобрать в себя и мои яйца, если бы они могли пролезть в узкую дырку. Теперь она не помогала себе руками, просто не было за что ухватиться, весь ствол был в её горле. Я мог чувствовать, как головка упёрлась в нёбо, как загнулась головка, проникая всё глубже в мокрое и скользкое нутро. Подождав секунд двадцать, дав мне насладиться спазмами, пробегавшими по её горлу и сдавливавшими головку пениса, она начала медленно, а затем быстрее трахать своим ртом мой член. Божественное ощущение, если девушка действительно умеет это делать. Если бы в вагине у женщин был язык, а своими половыми губами они умели бы сдавливать в нужный момент пенис, миром правили бы они, а не мужчины.

Её язычок бегал по члену, как по струне, заставляя меня задыхаться от наслаждения. Её губы сдавливали член, когда она выпускала его изо рта почти полностью, и расслаблялись, когда она снова всасывала его в себя. Я слышал влажные, сосущие звуки, перепутать которые нельзя больше ни с чем. Она отсасывала как профессионалка, работал только рот, но работал на все сто.

Не знаю, сколько она сосала, я потерялся во времени. Может быть пять минут, больше под таким напором выдержать было просто невозможно. Чувствуя, как на меня накатывает оргазм, я не удержался и начал просто биться в стену, пытаясь как можно дальше просунуть член в крохотную дырку, вонзить его в самое её горло. Она выпустила член на секунду, сорвала с него презерватив и снова всосала его своими губами. Через секунду я начал кончать. Наплевать, что в туалете мог быть кто-то. Мне было хорошо чувствовать мокрые горячие губы на головке, подставленный под потоки спермы язык, ладони, сомкнувшиеся на стволе в замок, отчего каждый выстрел отдавался во всём теле приятным разрядом. Кончив, я упал на унитаз. В голове было пусто, а в ушах шумело. Я смотрел на подёргивающийся член, мокрый, покрытый белёсой спермой и вишнёвой губной помадой, из головки выступали последние капли.

Когда я понял, что надо было бы выйти из кабинки и посмотреть на ту, что сделала мне такой сногсшибательный минет, было уже поздно. Я застегнул ширинку, выскочил к умывальникам, но в соседней кабинке было пусто. Ни презерватива, ни спермы нигде не было. Со спермой понятно, она проглотила всё, что я из себя выплеснул. Но презерватив, неужели он был настолько вкусным, что... Бред, видимо она просто решила оставить себе его на память, заставляя меня на минуту задуматься, а был ли кто-то в этой кабинке или я сошёл с ума в чудом городе, прорезал дыру в стене туалета и подрочил в неё.

Я кинулся в зал. Все девушки, что там были, сидели с парнями, подругами. Кричать на весь зал что-то вроде: «Кто сейчас отсосал мне с проглотом в мужском туалете?» было бы глупостью. Отзовётся ещё вон тот старикан сумасшедшего вида в длинном плаще а-ля агент КГБ под прикрытием. Нет уж, такого мне не нужно. Я сел за столик и подозвал официанта.

- Кто сейчас выходил из мужского туалета?

- Извините, но я не слежу за этим.

- Жаль... Принесите счёт.

***

Домой я шёл на подгибающихся ногах. То ли поза была очень уж неудачной, то ли минет чересчур мощным. В каждой встречной девушке я видел её, надеясь увидеть ту самую вишнёвую помаду, следы которой я нёс домой на головке члена, сперму в уголке губ, грудь без бюстгальтера, старающуюся пробить ткань майки или платья твёрдыми сосками...

В ящике лежал конверт. Я разорвал его прямо на лестнице. Внутри лежал презерватив, испачканный вишнёвой губной помадой.

«Ты вкусный. Потерпи немного, на неделе ты обязательно узнаешь, насколько вкусная я. P.S.: не отказывай мне сегодня в удовольствии, поиграй со своим гигантом. Моей дырочке немного обидно, что ей сегодня ничего не досталось, даже пальчиком, ведь из-за того, что кто-то очень любопытный, я слишком торопилась».

***

Затем были два дня завала и дедлайна на работе. Задач было столько, что о своём приключении я забыл напрочь, а напомнила мне о поклоннице эрекция, внезапно появившаяся на подходе к дому. Как собака Павлова, я выработал условный рефлекс: подъезд-почтовый ящик-эрекция. В ящике действительно лежало письмо.

«Я надеюсь, у тебя остались ещё силы после рабочих будней? Прими душ, выпей вина и ложись спать. Только не закрывай двери, сегодня у меня гостевое настроение. Свет не включай, он только портит романтику».

На этом моменте стоило бы напрячься. А что, если это банда домушников, которые обносят квартиры мирных граждан таким экзотичным способом? Но кровь отлила от головы и не приливала обратно ни разу пока я готовил ужин, смывал с себя грязь и стелил чистую постель. Будь что будет, решил я и не стал запирать входную дверь.

Я улёгся в постель в десять. На улице ещё шумели, ездили машины, продолжалась обычная летняя жизнь города. Как маленький мальчик, подкарауливающий Деда Мороза в новогоднюю ночь, я, конечно же, уснул спустя пару минут.

Мне снилось, что она пришла. Стянула с меня одеяло и её пальцы сразу побежали ощупывать моё тело. Начав с живота, ладони её скользнули по бокам, растеклись по груди, обняли плечи, шею, коснулись волос, а затем, проделав обратный путь, исследовали ноги, при это избегая самого главного, того, ради чего я лёг спать без трусов.

Когда она коснулась своими губами моих, я резко открыл глаза и понял, что мне это не снится. Я прижал её к себе, она была обнажена. Когда успела? Сразу вошла в квартиру голой или разделась здесь, слушая, как я дышу во сне? Впрочем, это было совершенно неважно. Я ощупывал её, отмечая про себя нежную кожу, тонкую талию, упругую молодую попу, шелковистые волосы. Её грудь касалась моей груди, едва не царапая твёрдыми сосками. Но самым приятным было касание моим вставшим членом её бёдер. Она тоже почувствовала его, чуть приподняла задницу, взяла его в руку и направила внутрь. Никаких прелюдий. Мы начали трахаться сразу, я вошёл в неё полностью, а она принялась скакать на мне, сжимая ладонями мою грудь.

В комнате не было видно абсолютно ничего, зато кроме тактильных ощущений, которыми мы в тот момент наслаждались, был слышен каждый звук. Она дышала часто, не сдерживала стоны, пока ещё слабые, но с каждым проникновением в её мокрую пещерку моего члена всё более громкие, наши тела соприкасались с характерными приглушёнными хлопками, член выходил из неё с влажным шипением.

При этом никто из нас не произнёс ни слова. Мы просто трахались. Вволю и всласть. Было заметно, что она соскучилась по сексу гораздо больше, чем я. Её дыхание щекотало мне лицо, стоны становились всё громче, а по моим бёдрам растекался её сок, которого становилось всё больше. Мне даже не нужно было ничего делать, она сама насаживалась на стоящий колом пенис, с остервенением, совсем не по-женски. Не прошло и пяти минут, как я почувствовал, что по её телу бежит дрожь. Она задержала дыхание, выгнула спину... И соскочила с члена, убрав мои руки со своих бёдер, перелезла на грудь и её вагина оказалась прямо перед моим лицом. Я не колебался ни минуты. Просунув руки под её коленки, я прижал её уже извивающийся от оргазменной агонии таз к своему лицу и просунул язык в раскрывшуюся щель.

Наверное, что-то подобное чувствуют женщины, когда мужчины кончают им в рот. Я старался проникнуть языком в глубь её кончающей вагины, но она выталкивала его, заодно выталкивая потоки сока, которые заливали мне лицо, шею, грудь. Она пульсировала, отзывалась на мои ласки, пыталась насадиться на мой язык и губы, но в то же время отталкивала себя от моего лица всем телом, которое становилось то твёрдым от сладкого спазма, то мягким и податливым. При этой пахла она терпко и сладко, для меня перестали существовать все остальные запахи. Она пыталась кричать, но воздуха ей не хватало. Согнувшись она еле слышно стонала, её голос срывался. Руками она прижимала моё лицо к своей промежности, хотя оно и так утопало в ней. Воздуха мне не хватало, закружилась голова. Я предпочёл бы захлебнуться её соком, задохнуться от её аромата, но ведь я ещё не кончил.

Крепко взяв её за бёдра, я подмял её под себя, всё ещё дрожащую, со всхлипами вбирающую в себя воздух. Разом вбил в неё дымящийся член и начал растрахивать дырку, вообще мало заботясь о ней. Теперь я гнался за своим оргазмом, что было непросто. Кончив, она обмякла, была мягкой, раскрывающейся передо мной. Я входил до самого конца, толкался в ней, как бешеный. Она не реагировала, голова её болталась по подушке. То ли она потеряла сознание, то ли не могла до сих пор отдышаться. А вместе с этим не мог кончить и я, хотя казалось, что вся сперма, скопившаяся за два дня на работе, оказалась в члене и давит на какой-то клапан в головке, отчего та начала ощутимо болеть.

Она снова застонала, придя в себя, прогнула спину и обхватила меня ногами. И в этот момент я кончил. Я закричал так, что наверняка перебудил всех соседей, но мне было плевать. Член я не вытаскивал из неё больше, чем на пару сантиметров, вместо этого я увеличил темп, просто вдалбливая в неё свою сперму. Мне казалось, что я должен закачать её как можно глубже, и кончать я должен как можно дольше. И это длилось целую вечность.

Когда всё закончилось, мы лежали рядом, взявшись за руки, но не касаясь друг друга телами. Оглушительно пахло сексом, простыни были мокрыми и менять их было бессмысленно, потому что промок и матрас под ними. Подушки и одеяла исчезли в непонятном направлении, видимо, валялись на полу. Было мокро и липко, но ветерок из окна обдувал и идти в душ не хотелось. Я облизал губы. Как она и обещала, я чувствую её вкус: солоноватый и возбуждающий. С этой мыслью я и уснул.

Утром мы проснулись одновременно. В комнате было светло, и мы уставились друг на друга. Она рассматривала меня с интересом, тогда в ресторане она, скорее всего, тоже не видела моего лица. Я видел перед собой обычную молодую девушку. Прямые русые волосы, отсутствие макияжа делает её милой, но ни капли не умаляет красоты и свежести, грудь меньше, чем мне казалось, когда я держал её в ладонях ночью, ладное тело. Трудно было поверить, что эта обычная девушка вытворяла ночью такое... В её глазах я прочитал такие же мысли. Что ж, если мы оба не верим глазам, стоит снова отключить эти органы восприятия. Я встал, плотно задёрнул тяжёлые шторы, закрыл дверь. В комнате стало темно как ночью. И я сразу ощутил запах, он повёл меня к ней. В своих руках я ощутил то самое тело, которое ласкал вчера, услышал звук её дыхания, ощутил упругость кожи. В темноте всё было по-другому. В темноте был только секс.

Проголосуйте за рассказ

158
12
Рейтинг: 93%
Похожие рассказы
Виртуозная гимнастка
Поза наездницы у неё всегда имела множество вариантов
Виртуозная гимнастка

Есть у меня один приятель по имени Витя, Витёк. Он, как и все нормальные молодые мужики, очень любит менять баб. У него нет какой-то одной постоянной подруги, он стремится затащить в постель каждую, которая ему нравится. Но только есть у него одна особенность: он предпочитает заводить отношения со спортсменками. Такая причуда появилась после одного случая. Витек как-то ехал в поезде, и в числе соседей по вагону была одна привлекательная девушка. Он с ней познакомился, стал общаться.

Читать дальше
Изменщик: наказание за обман
- Эта поза называется «дорогая, я тебе изменил», - засмеялась Катя
Изменщик: наказание за обман

Я стояла у входной двери в прозрачном пеньюаре. Черное белье с красными кружевами аппетитно подчеркивало грудь третьего размера, плоский живот и длинные ноги с небольшой, но круглой попкой. Чулки, которые поддерживал специальный пояс, заканчивались лакированными туфлями на высоком каблуке. Мой парень скоро должен прийти домой. Послышался звук поворачивающегося ключа, входная дверь отворилась, и мой любимый увидел меня во всей красе. Он ненадолго замер на пороге, немного удивленный...

Читать дальше
Вечер с переодеванием
- Я... не девушка, я транс, любящий одеваться в женское, – сказал Виктор
Вечер с переодеванием

Саша с самого детства испытывала симпатию только к девушкам и ей никогда не нравились парни. Первый поцелуй с подругой произошел в 14 лет, а первый секс – в 17. Сама Александра была очень похожа на парня: небольшого роста, худенькая и без округлостей, с короткой стрижкой и практически без макияжа (лишь немного бальзама для губ и туши). Ей нравились женственные девушки, с длинными волосами, большими глазами и красивой фигуркой. Любимым местом девушки был лесбийский клуб «Розовая лагуна».

Читать дальше