вверх

15 августа 2014 года

Испытание для Веры

Испытание для Веры

Она стоит на коленях передо мной, опустив глаза, как и положено послушной рабыне. Моя Вера в этот вечер не прикована, потому что она должна снести все сама, без посторонней «помощи», без связывания.

Если в другие дни Вере можно попросить меня о прекращении сессии, то сегодня ей положено снести все, что я сегодня захочу с ней сделать, иначе...

- Ты знаешь, для чего тебе это испытание? – спрашиваю я.

-Да, господин, - отвечает моя киска.

- Для чего, Вера, я сейчас отхожу тебя плетью? Ну же, отвечай!

- Я смогу служить вам после этого столько, сколько пожелаю.

- И сколько ты хочешь служить мне?

- Всю жизнь, мой господин.

Взмах кожаной плети с шипами обрывает ее фразу, она всхлипывает, но сдерживает слезы. Ей сегодня запрещено плакать, она помнит это и будет терпеть до последнего. Я наношу удары плетью минут десять, методично стегая по ее груди и спине, постепенно наращивая темп. И Вера, кусая губы в кровь, прилежно сдерживает рыдания. Ее нагая грудь уже вся залита потом, выступившем от ударов, спина исполосована шрамами, из которых местами течет алая жидкость. Вера не смеет закрываться от шлепков, но заметно, что ей все труднее удерживать равновесие и держаться на ногах – силы покидают ее, сознание может отключиться с минуты на минуту. Я замечаю это и еще пару раз с особенной силой хлещу ее по набухшим соскам, приказывая встать. Она покоряется с трудом, пошатываясь, но все же встает ровно, опустив глаза.

- Господин позволит...

- Как ты смеешь открывать рот первой? Это так ты собралась служить своему мастеру?

- Простите меня, господин!

Я даю ей звонкую пощечину, от которой она чуть не валится с ног.

- Встань на четвереньки, тварь! А теперь ползи вон в тот угол! – я указываю ей на укромное местечко моей игровой спальни, в каком она побывала лишь однажды. В тот день, когда решила пойти на девичник к подруге, не спросив на то моего позволения и вызвав заслуженный гнев.

Она ползет мимо меня в угол, где собрана лучшая часть моей коллекции для наших с ней волнующих игр и остается стоять на четвереньках. Здесь на стенах прикреплены крюки и веревки, стеки разных мастей, плети, на приставке стоит чемоданчик с разными игрушками, которые могут как довести до обессиленного обморока, так и до фееричного оргазма. Но жемчужиной моего уголка я считаю вовсе не эти девайсы. Каждый день я замачиваю, как в стародавние времена, в том уголке свежие розги. Вера испытала их прелесть на себе в ту же полночь, как вернулась с девичника, истошно мыча в кляп и стараясь перекатиться в сторону.

- Ты ослушалась меня, заговорила первой, тебе это запрещено. Ты это помнишь?

- Да, господин!

- Поэтому ты будешь высечена. И даже сейчас я буду милостив: три удара ты снесешь на четвереньках. Но потом ты должна будешь встать под углом, выставив свой зад, а руками обхватишь ноги, поняла?

- Да, господин! – в ее голосе слышится умоляющая дрожь, что меня возбуждает еще больше.

Я беру пару розог из таза и наношу быстро три хлестких, болезненных удара. Она вскрикивает, не сдержавшись и после ударов корчится, как будто попав на медленный огонь. Останавливаюсь, обхожу ее с одной стороны, поглаживая во время пути ее спину прутом, от чего ей становится щекотно и еще более страшно.

- Ты больше не желаешь быть моей? – я поднимаю ее лицо за подбородок, заставляя взглянуть мне в глаза.

- О, мастер, не прогоняйте меня! – и Вера опускается передо мной ниц, начиная целовать и лизать мои ступни. Я никогда не ношу дома обуви, и ей это известно.

- Ну, хорошо-хорошо! На этот раз я тебя прощаю, обхватывай ноги! Не заставляй мастера ждать, испытания еще не завершены...

Кровоподтеки на ее груди и спине чуть подсохли, и она выглядела невероятно сексуально, выставив свои булочки для наказания. Я любуюсь ею, поглаживая прутьями, от чего ей и больно, и щекотно одновременно. Больно – от того, что розги задевают места, куда наносились удары. Щекотно, потому что я провожу ими и по лобку, подмышкам, и по бокам... Мне хочется немедленно войти в нее – грубо и безжалостно, и к тому же на сухую. Освобождаюсь от трусов. Взгляд падает на ее стринги, которые сиротливо лежат на диване. Хватаю их, вытираю ими свой член, пытаясь сделать его максимально сухим и болезненным для нее.

- Сделаем тебе подарок, непокорная! Открой-ка рот! – Вера послушно открывает его, я вталкиваю ее трусы ей в рот. – Соси их и ни звука!

Она закрывает ротик. Несколько мгновений наблюдаю, как она все чаще глотает слюну, привыкая к дискомфорту и нехватке воздуха. Потом быстрым движением оказываюсь позади нее, упираюсь ладонями в ее плечи, чтобы не дать ей сменить позы и вхожу резким движением в ее пещерку, загнав свой немаленький 18-сантиметровый член до самой ее матки. Вера на минуту перестает дышать.

- Ну, ты и шлюха! Течешь постоянно, как у суки! - в ее вагине действительно для меня слишком мокро и такой секс ей доставит скорее удовольствие, нежели какие-то мучения. Я стремительно выхожу из нее.

- Ммммм... - мычит моя Верочка.

- Ты опять? Открываешь рот без разрешения? – я отрываюсь от нее и иду к чемоданчику.

Открываю его. И думаю чем бы наказать свою рабыню за непослушание?

- Ко мне! – и она торопится разогнуться, чтобы преодолеть расстояние между нами. – На пол и раздвинь свои лапки, разговорчивая сучка!

Вера покорно выполняет приказ, я придвигаю ближе кейс с игрушками, опускаюсь рядом и ввожу в ее анальную дырочку сперва два, а спустя несколько движений – и все четыре пальца разом. Жестко и резко, чтобы она поняла, что очень сильно провинилась. Другой рукой вынимаю из ее рта мокрые стринги, вталкиваю вместо них анальные шарики, чувствуя, как они подминают язык и проваливаются ей до горла.

- Соси! – а сам продолжаю терзать ее зад, куда ввожу уже почти весь кулак. Ее попка привыкла к таким испытаниям, но фитсинг все еще остается для нее болезненным.

После нескольких резких рывков моего кулака в ее заднице, по лицу девушки потекли непроизвольные слезы. Останавливаюсь, вынимая из ее невероятно расширенной попки кулак, испачканный чем-то коричневым – девушка явно не рассчиытвала сегодня на анальные забавы.

- Это что такое?! – сую ей кулак прямо под нос, от чего она сжимается, будто котенок.

- Простите, господин, я не готова.

- Вычисти, языком! – кулак тычется ей под нос, и она начинает его облизывать, сдерживая рыдания и подступающую тошноту.

Вычистив руку до влажного блеска, она судорожно сглатывает, морщится и преданно смотрит на меня, ожидая дальнейших команд.

- Ты ведь знаешь, что можешь сейчас же уйти?

- Да, мастер! Но я не хочу уходить, - еле слышно стонет она.

Она лежит на полу, широко раскинув ноги так, чтобы мне было удобно сидеть меду ними. Мне на секунду становится ее жаль.

- Я должен тебя наказывать, малыш! А ты до конца не выдержала еще ни одного испытания. Как мне быть с тобой?

- Назначьте новый день, я подготовлюсь. Прошу вас!

- Нет, Вера! Ты не сумеешь. Ты должна уйти, - с этими словами я поднимаюсь в полный рост.

- О, господин! – она резко вскакивает, но лишь для того чтобы упасть передо мной на колени.

- Ты хочешь быть со мной, не взирая ни на что?

- Да, - слезливо произносит она. – Накажите меня, как угодно, но не гоните. Я умоляю!

- Ляг на пол,- говорю я, и она покоряется моей воле. Беру со стенки толстый, бугристый силиконовый фаллос и одним движенеим задвигаю его во влагалище. Она даже не пискнула, лишь вздохнула как-то особенно протяжно, будто болезненно. Хотя почему же «будто»?

Устраиваюсь сзади, пропускаю одну руку под ее бедра, приподнимаю их, и Вера привычным движением упирается локтями в пол. Догги – моя любимая сексуальная поза, когда саба не связана.

Вторгаюсь в ее шоколадный глазик молниеносным движением на всю длину моего члена. Ей почти не было больно от такого сильного точка после того, как ее анус атаковал мой кулак. Я наращиваю темп, задыхаясь и рыча. Слышу сквозь пелену затуманенного сознания ее неистовые крики боли и анального наслаждения, ведь регулярные тренировки с ее анусом позволяют ей получать ни с чем не сравнимое наслаждение. Через несколько мгновений я бурно кончаю там, в глубинах ее черного хода...

После нескольких минут отрешенности мы возвращаемся с ней на землю. Я резко поворачиваю ее к себе и держу за подбородок, чтобы она смотрела мне в глаза.

- Если ты хочешь остаться со мной, помни: я буду жесток с тобой всегда.

- Да, господин!

- Экзамена тебе не выдержать, поэтому моей ты станешь иначе...

Я читаю немой вопрос в ее глазах и решаю сжалиться над нею вновь:

- Через неделю я заклеймлю тебя, завтра мы начнем твою подготовку к этому. После завтра освоим быстрый фистинг твой вагинки, пока она не сжалась опять. А теперь марш в свою клетку! Господину пора спать...

Проголосуйте за рассказ

58
28
Рейтинг: 67%
Похожие рассказы
За гранью мыслимого оргазма
Не понимая, что он будет дальше делать, я на секунду пожалела, что согласилась
За гранью мыслимого оргазма

Сразу скажу, мою историю поймёт не каждый, но думаю, большинство женщин хотели бы испытать то же самое, что испытала я. Такого я больше не повторяла, но и никогда не повторялись те ощущения и те оргазмы, которые я переживала. Я говорю про своего мужчину, про Диму, или как он хотел, чтобы я его называла - «Ди». Наш роман продлился чуть больше двух месяцев, но за эти два месяца я испытала больше, чем за всю остальную свою жизнь. Я познакомилась с ним в интернете, на сайте знакомств.

Читать дальше
Изменщик: наказание за обман
- Эта поза называется «дорогая, я тебе изменил», - засмеялась Катя
Изменщик: наказание за обман

Я стояла у входной двери в прозрачном пеньюаре. Черное белье с красными кружевами аппетитно подчеркивало грудь третьего размера, плоский живот и длинные ноги с небольшой, но круглой попкой. Чулки, которые поддерживал специальный пояс, заканчивались лакированными туфлями на высоком каблуке. Мой парень скоро должен прийти домой. Послышался звук поворачивающегося ключа, входная дверь отворилась, и мой любимый увидел меня во всей красе. Он ненадолго замер на пороге, немного удивленный...

Читать дальше
В плену желаний
- Тузик, подними-ка зад повыше, я похлопаю своего «песика» между лопаток
В плену желаний

Наконец-то это случилось! Он проиграл мне десять дней своей свободы. Может, он и хотел этого сам и поддался… Когда я думаю об этом, я украдкой смотрю на его профиль и понимаю, что Игорь этого нарочно бы не сделал. Поддаваться – не в его характере. Но он проиграл – и, значит, сдержит свое слово! Не потому ли я так страстно желал покорить его волю? Мне хочется скорее приехать на мою дачу, где все уже готово для дорогого гостя… Мы приехали вчера и сочли, что начинать лучше с завтрашнего утра...

Читать дальше