вверх

11 февраля 2015 года

Баба Яга и дурень Пихарь

Баба Яга и дурень Пихарь

Жил да был в одном селе дурень Пихарь. Елдак с кулак, а ума на пятак, да и то со сдачей. Всех баб в селе перепортил, а всё успокоиться никак не мог, на второй заход пошёл. Уж и били его, и лупили, а всё без толку. Да и бабы сами к нему тянутся. Как кто жениться собирается, так невеста уже с дурнем переспала, как кто в город на рынок едет, так дурак уже к его жене под юбку лезет, как кто из баб в лес за грибами пойдёт, так обязательно под ёлкой на маслятах дурню и даст.

Не выдержали мужики и решили со свету дурака свести, вот и говорят ему:

- Всех ты наших баб перепробовал, всех жён переёб. Одна осталась на всю округу, которой ты юбку не задрал.

Пихарь в затылке поскрёб и отвечает:

- Да неужто? Кузнеца жену вчера на поле в пшенице разложил, поповской дочке на прошлой неделе попец прочистил, приказчика невестку ещё в прошлом месяце на реке отмудохал.

- Это всё наши бабы, - отвечают ему мужики. - Но есть одна, в лесу, которая никому не даёт. Да она, наверное, и тебе не даст.

- Мне и не даст? - удивился Пихарь. - Да мне Евтея жена дала, пока он за сметаной к щам в погреб лазил! Да я когда мимо стада прохожу, бык с коровы слезает, мне место уступает!

Развернулся Пихарь, домой за сапогами зашёл, сухарей с собой взял и пошёл в лес. Мужики смотрят, нарадоваться не могут. Бабы тайком слёзы утирают. Сожрёт его ведьма, как пить дать сожрёт.

Долго ли коротко, зашёл Пихарь в самую чащу леса. Видит Пихарь поляну, а на поляне стоит избушка на девичьих ножках. Да на таких симпатичных, что слюни текут, хоть они у дурня и всегда ручьём бегут.

- А поворотись-ка ты, избушка, к лесу передом, а ко мне задом, да раздвинь-ка ты булки, милая, - говорит ей Пихарь.

Послушалась избушка, баба, что с неё взять, повернулась к Пихарке задом, нагнулась, а он уж ремень расстёгивает, думает, как лучше избушку дрюкнуть: в дымоход или в оконце. Вдруг заскрипела дверь в избушке, отворилась и вышла оттуда баба Яга. Грудь высокая, бёдра крутые, зубы белые. Лет уж сто ведьме, а всё как молодуха выглядит. А чего и не выглядеть молодо, если жрёшь добрых молодцев направо и налево.

- Ты чего это, дурень, к моей избе пристраиваешься?

Пихарь рубаху в штаны заправил, хер в штанах поправил, поклонился и отвечает:

- Обознался, тётенька, думал, это вход, постучаться хотел да войти.

Радуется про себя ведьма, какого дурака к ней занесло. Такого сожрать - что раз плюнуть. А сама в избушку его приглашает:

- Заходи, молодец, гостем будешь.

Накормила Яга Пихаря, напоила, а когда стало темнеть, на печи ему постелила. И говорит Яга:

- Будем с тобой, Пихарь, в загадки играть. Угадаешь, оставлю на ночлег. Не угадаешь, съем.

Дурак в башке почесал и согласился. А куда деваться. Не в лес же ночевать идти. В лесу волки, от них елдой не отмахаешься.

А Яга села напротив на лавку и спрашивает Пихаря:

- Что выше пояса торчит, а ниже колена висит?

Пихарь подумал минутку и говорит:

- Хуй!

Засмеялась Яга.

- Дурак ты! Где ж ты, - говорит, - видел, чтобы хер ниже колена свисал? Да и растёт он ниже пояса! Борода это, вот правильный ответ!

А сама уж спички и соль достаёт, собирается из Пихаря суп варить. Но у дурака хоть и в башке пусто, зато в портках туго. Рассупонивает он ширинку, достаёт елдак и говорит:

- Видишь, тётенька, свисает ниже колена, да на целую ладонь. А теперь, - говорит, - смотри, как он расти будет. Покажи, тётенька, сиськи.

Ведьме интересно стало, вывалила она из сарафана сиськи, а Пихарь только на них посмотрел, как хуй и встал. Смотрит Яга, выше пояса вырос, поди в солнышко дурака ударь: хер мешает.

- Прав ты, Пихарь. Ложись спать. Утро вечера мудренее.

Легла Яга спать, а сама думает, как ей лучше Пихаря завтра приготовить: с хреном или без, с тем, что на огороде или с тем, что у дурака в штанах.

Встали утром Яга с Пихарем. Ведьма вокруг него вьётся, угощает, мягкие подушки под бока подкладывает. А сама новую загадку придумывает, чтобы наверняка Пихаря со свету сжить. Так и день прошёл. Накормила Яга Пихаря ужином, напоила брагой, села на лавку и спрашивает:

- Что мокрое всегда; что глубже, чем вода; куда сколько палок не кидаешь, ни одной не потеряешь?

И тут недолго думал Пихарь:

- Пизда!

- Колодец это, дурак! Какая ж это пизда? - разозлилась Яга.

- Да хоть твоя! - отвечает Пихарь.

Ведьма подол задрала, глядь, и вправду мокрая. Видать, пока думала про дурнев елдак до колена, всё текла.

- Теперь, - говорит Пихарь, давай глубину мерять.

Встала ведьма раком, а Пихарь сзади пристроился и давай совать свой хер. Головку затолкал, ведьма потом облилась. На ладонь внутрь загнал, ведьма от стона охрипла. До половины всунул, у Яги ноги подкосились. А как полностью вогнал, так и вовсе чуть умом не двинулась.

- И куда там твоё полено поместилось? - удивляется, а сама между ног себе смотрит, не спрятал ли дурак хер куда ещё. Ан нет, вон он весь в ней торчит, яйцами жопу подтирает.

- Вот видишь, какая глубокая. А теперь давай палки кидать.

И ну давай ведьму наяривать. С размаху кидает, с оттяжкой, так что на ляжках синяки остаются. А Яга считает, сколько вошло и сколько вышло:

- Сто тридцать раз вошло, сто тридцать раз вышло, сто тридцать один раз вошло, сто тридцать два раза вышло...

Считала Яга, считала, пока не кончила. В голове у неё помутилось, считать Яга забыла.

- Ну что, тётенька, все палки, что кинули, вышли? - спрашивает дурак.

- Ой, Пихарь, не знаю, со счёту сбилась, - отвечает ведьма, - Вроде бы как последняя не вышла.

- Да вот же она! - выдернул Пихарь хуй из ведьминой пизды и ей показывает. Та посмотреть наклонилась, та ли эта палка, что он последней кидал, а тут Пихарь как брызнет, да прямо ведьме в лицо.

Отплевалась Яга, глаза протёрла:

- Все палки вернулись, все, что кидали. Давай, Пихарь, спать. Утро вечера мудренее.

Легла ведьма на лавку, отвернулась, подумала, что уж завтра точно Пихарем закусит, и уснула.

И на следующий день Пихаря Яга кормила, самые сладкие куски ему подкладывала, мёд хмельной достала, душистый. Лишь бы помягче стал дурак, да повкуснее. Так и день прошёл. А вечером садится ведьма на лавку перед Пихарем и спрашивает:

- Отвечай на последнюю загадку. Не ответишь, зажарю тебя и съем. Ответишь, подарю красные сапоги и отпущу.

Дурак слюни подобрал, повернулся к ведьме тем ухом, которое больше, и слушает.

- Внутри темна, тесна и горяча, но у Яги вместит любого силача.

Пошерудил дурак за ухом, пошевелил мозгой и говорит:

- Жопа!

Засмеялась Яга:

- Ну вот теперь-то ты точно не прав, дурень! Это же печь!

А Пихарь ей и отвечает:

- Загибайся Яга раком, будем проверять мою догадку.

Деваться некуда. Фольклорная честь у Яги присутствует, не пропьёшь, да и ручищи у Пихаря такие, что не загнёшься сама, скрутит в три погибели. Повернулась ведьма, нагнулась, подол задрала, Пихарь тут же сзади и пристроился. Пальцами зад ведьме раздвигает и приговаривает:

- Ничего не видать, темна жопа.

Достал хер из штанов, начал пристраивать. Давит так, что у Яги глаза из глазниц лезут, а входит туго.

- Влазит туго, тесна жопа.

Вошёл на ладонь, поелозил туда-сюда и говорит:

- Не мёрзнет хуй, горяча жопа.

Яга, хоть уж от натуги чуть на две пол-Яги не рвётся, всё ж подначивает Пихаря:

- Три догадки правильные, а теперь проверяй последнюю. Вместит жопа дурнев хуй или нет.

Сказала и взвыла. Как начал дурак проверять догадку, ведьмин зад долбить, аж избушка ходуном заходила. У Яги ноги в разные стороны, руками за сраку держится, чтобы не треснула, воет и матерится, чувствует, как входит дурнев хуй уже на треть. А чего ему не входить, если у дурня дурная сила.

Уже и согласна ведьма Пихаря отпустить, но чует, вошёл уже наполовину в неё, идёт туже. Потерплю, думает, ещё немного.

Вошёл дурень ещё на ладонь. Яга и не рада, что когда-то ведьмовством занялась. Если бы язык не прикусила, то пощады бы запросила, как пить дать.

И ещё на два пальца дурень вошёл и... застрял намертво. Обратно - жопа сама хер выталкивает, а туда - ну вообще никак. Пихарь и кулаком себе по пояснице постучал, и плюнул, чтобы лучше скользило, хоть ты тресни - не входит больше.

- А теперь, Пихарь, давай мою догадку проверять, - говорит Яга, а сама то ли от такого полена в заду, то ли от злорадства аж шепелявит.

Куда деваться. Вынул Пихарь хрен из ведьминой задницы, только чпокнуло и к печи пошёл.

- Раздевайся, мил-человек, - говорит Яга, - разувайся, съешь яблочко для аромата, да полезай.

И заслонку печную отворяет, ладошкой машет. Был бы ум у Пихаря, сиганул бы в окошко, но дурак - он и в экстремальной ситуации дурак. Сапоги снял, в угол поставил, туда же портянки, тоже поставил, рубаху со штанами конвертиком свернул, мало ли, кому понадобятся, и в печь полез. А Яга уже дровишки подкидывает.

- Поместился, молодец, в мою печку? - спрашивает.

- Поместился, Яга, - отвечает Пихарь.

- Тесно ли тебе там?

- Ой, тесно, Яга.

- Темно ли тебе там?

- Темно, Яга, башкой-то в дымоход.

- Жарко ли тебе там?

- Жарко, Яга, припекает.

- А значит права я была, а ты нет, - радуется Яга, - вот изжарю тебя и съем, будешь знать, как ведьм елдонить.

Радуется, проклятая, скачет, как угорелая, то полыни в огонь подкинет, для запаху, то берёзового полешка, для цвету. А Пихарь сидит в печи, хоть бы хрен по деревне. Привык, зараза, в бане по-чёрному париться, так и печь ему ни о чём. Приоткрыла Яга заслонку и спрашивает:

- Готов ты там, Пихарь? Не пригорел?

А Пихарь ей:

- Не знаю, сама попробуй, - и из печки ей хуй под нос суёт.

Полизала Яга хрен, пососала, на зуб попробовала:

- Сыроват, ещё доходи, - и снова вокруг печи пляшет, жару поддаёт.

Хорошо Пихарю, разомлел он, песни поёт. Долго ли коротко, снова Яга стучится в заслонку:

- А теперь готов? Не перетомился?

- Пробуй, Яга, - и только хер из печки.

Лизала-лизала, сосала-сосала, кусала-кусала Яга дурнев хуй, да и говорит:

- Что ж это за богатыри пошли: не прожевать! А, и так сойдёт! Мочи уж нету ждать, сейчас я и поужинаю!

Кладёт Яга Пихаря на лопату, на стол выкладывает и трапезничать собирается. Только она зубами дурню в ляжку вцепиться собиралась, как он молвит человечьим голосом:

- Неправильно ты, Яга, красного молодца ешь. Ты его на язык кладёшь, а его надо мандой жевать. Так вкуснее получится.

Удивилась Яга, но призадумалась.

- Сто лет живу, а такого не слышала. Надо попробовать.

Юбку задрала, на стол влезла и на Пихарев хуй присела. Присела и давай его пиздой жевать. Умаялась, вспотела, а хуй всё не прожёвывается. Нет в пизде зубов, что ж поделать.

- А не обманываешь ты меня, дурак? - спрашивает Яга Пихаря, - Что-то я ни вкуса не чувствую, ни наесться не могу...

- Глубже толкай его, глубже, - стонет Пихарь.

Яга снова давай наяривать. Пихарь постанывает, сколько он баб переёб, а чтобы его ебли - такое первый раз. Настал у дурака счастливый час: его ебут, а он руки за голову заложил и носом посвистывает. Довела его Яга до точки: кончил Пихарь так, что из пизды брызнуло, и спрашивает:

- Наелась, Яга? Сытно тебе было?

Поняла Яга, что не накормили её, а выебали. Но признаваться стыдно.

- Наелась, Пихарь, досыта наелась.

Слезла с дурня и пошла враскоряку. Хуй у дурака - что нога у мужика. Разъелдонил ведьму от души. Так хоть и привыкла на метле летать, но такой мандец с ней впервые. Хотела сесть - не сидится. Хотела лечь - не лежится. Матом и то не ругается, в паху отдаётся. А дурак ещё и спрашивает:

- Ну что, доедать будешь?

Испугалась Яга, что заебёт её Пихарь, достала из-за печки красные сапоги, отдаёт и говорит:

- Иди отсюда, дурак, и больше не приходи.

Надел Пихарь сапоги и пошёл обратно в своё село. Приходит, а там... Портки не стираны, щи не варены, коровы не доены. Не хотят бабы без хорошего херца работать, нет настроения, а их мужики, как ни стараются, так как Пихарь ебал, поебать не могут.

Увидели они, как дурак в деревню из леса в своих красных сапогах выходит, обрадовались, кинулись ему на шею, и мужики, и бабы. Затеяли они тут пир на весь мир, наелись, напились, ну и, конечно, поеблись. И больше Пихаря из села не отпускали, долго и счастливо поживали, пока до смерти дурака не заебали.

Проголосуйте за рассказ

122
15
Рейтинг: 89%
Похожие рассказы
Разврат в стране Оз
Я хоть и не волшебник Гудвин, но небольшое волшебство сотворить сумею
Разврат в стране Оз

Остались позади раздавленная в блин Гингема, Бастинда, поиметая в зад с особым изощрением, летучие обезьяны, саблезубые тигры и прочая пидерция Волшебной Страны. Усталые, грязные, как портовые шлюхи в день военно-морского флота, друзья поднимались наконец-таки по ступеням дворца Волшебника Страны Оз. В главном зале было пусто, но эта пустота не была неуютной. Пол покрывал толстый ковёр, стены были завешены тяжёлыми портьерами, у дальней стены стоял огромный трон...

Читать дальше
Маугли
Зад Маугли как-то сам собой качнулся, загоняя своего маленького Каа в тело самки
Маугли

- Багира, я чувствую странное томление, - задумчиво произнёс Маугли, сидя в тени раскидистого баньяна. - Мне не хочется ничего делать, но в то же время хочется куда-то бежать. Я полон сил, но эти силы разрывают меня изнутри. Я прыгаю с ветки на ветку и бегаю по лесу с утра до ночи, устаю, как Балу после рыбалки, но не могу избавиться от чего-то тягучего внутри меня.
- Маугли, мой мальчик, - промурлыкала Багира, - ты стал совсем большим.

Читать дальше
Дюймовочка
Никто не мог в Дюймовочку проникнуть глубже, чем на один дюйм
Дюймовочка

Жила-была одна женщина, у которой не было детей. Не было в округе нормальных мужиков, вот и не сложилось, как она сама говорила. А так как и водопровода в её глуши тоже не водилось, то вставал вопрос о том, кто же принесёт ей стакан воды в старости. И тогда женщина отправилась к гадалке. Так мол и так, как бы мне обзавестись детьми. А гадалка-волшебница ей и отвечает, что стара стала, дают сбои её заклинания, а в экстракорпоральном оплодотворении и вообще ничего не понимает.

Читать дальше